Авторизация



Погода

GISMETEO: Погода по г.Корсаков

Баннеры

Сервер 'Россия Православная'

Яндекс цитирования
Rambler's Top100

Кто на сайте?

Сейчас на сайте:
  • 90 гостей
Новые пользователи:
  • Николай
Всего пользователей: 32

DatsoGallery Ultimate



DG Slideshow

AllVideos Reloaded

Phoca Gallery Image Module

36
Image Detail

Phoca Gallery Tree Module

Фото из галереи

Опросы

Как Вы относитесь к идее создания Детской Морской Флотилии на базе Монастыря
 

Статистика

Пользователей : 2303
Статей : 322
Ссылки : 15
Просмотрено статей : 542723

Phoca Gallery Menu Module

Календарь

Сборник материалов PDF
Программы - Конференция
Добавил(а) o_Serafim   

Е.К.Романчук

Митрополит Вениамин

(Федченков) в СССР

Митрополит Вениамин (Федченков) - выдающийся иерарх Русской Православной Церкви ХХ столетия. Судьба его сложилась далеко не просто: по известным обстоятельствам Владыка был вынужден на протяжении многих лет совершать свое пастырское служение вдали от Матери-Церкви, но при этом он всегда оставался Ее верным сыном. И его любовь к Русской Церкви, к России, к русскому народу не оказалась невостребованной: Божиим промыслом, несмотря на все трудности, последние 10 лет своего архипастырского служения Митрополит Вениамин совершал в СССР, возглавляя православные приходы Латвии, Ростовской и Саратовской епархий. Следует отметить, что за последние несколько лет возрос интерес как к самой личности Владыки Вениамина, так и к его духовно-литературному наследию: был издан целый ряд сочинений митрополита Вениамина (Федченкова) под редакцией и со вступительной статьей А. К. Светозарского, тот же исследователь подготовил и опубликовал статью «Вениамин (Федченков)» в Православной Энциклопедии, а в Псковско-Печерском монастыре ведется работа по канонизации Владыки. Благодаря этим изданиям знакомство с жизнью и творчеством Владыки Вениамина стало доступно широкому кругу интересующихся читателей.

Целью данного доклада является обзор наименее исследованного периода жизни Владыки Вениамина, а именно советский период его служения, с привлечением ранее неизученных или малоизученных источников, относящихся к этому периоду.

Прежде чем перейти к основной теме данного доклада, хотелось бы кратко очертить основные вехи жизни Владыки Вениамина. Иван Афанасьевич Федченков родился в 1880 году в Тамбовской губернии, в семье крепостного крестьянина. Семья жила трудно, но благодаря постоянному труду и самоограничению, родители сумели дать шестерым детям хорошее образование. Будущий Владыка последовательно закончил земскую школу, Кирсановское уездное училище (1891-1893), духовное училище в Тамбове (1893-1897) и Тамбовскую Духовную Семинарию (1897-1903). Затем он поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Академию, в которой проучился до 1907 года, окончив Академию с ученой степенью кандидата богословия. В академии И. А. Федченков встретил своего духовного наставника архимандрита (впоследствии архиепископа) Феофана (Быстрова) (+1940), связь с которым сохранил и в дальнейшем. Архимандрит Феофан совершил его пострижение в монашество 26 ноября 1907 года. 3 декабря 1907 года монах Вениамин, нареченный при постриге в честь святого мученика диакона Вениамина Персидского, был рукоположен во иеродиакона, а неделю спустя состоялось его рукоположение в сан иеромонаха. С 18 ноября 1909г. по 11 сентября 1910г. иером. Вениамин нес послушание секретаря Финляндского и Выборгского архиепископа Сергия (Старогородского). В ноябре 1911 года отец Вениамин получил назначение на должность ректора Таврической Духовной Семинарии, а в декабре был возведен в сан архимандрита. В августе 1913 года архимандрит Вениамин был назначен ректором Тверской Духовной-Семинарии. Архимандрит Вениамин принимал участие в Поместном Соборе Православной Российской Церкви 1917-1918 гг., на котором представлял низшее духовенство и клир Тверской епархии. После своего возвращения в Таврическую епархию, 10 февраля 1919 года архимандрит Вениамин (Федченков) был хиротонисан во епископа Севастопольского, викария Таврической епархии. Епископ Вениамин входил в состав Временного высшего церковного управления (ВВЦУ) Юго-востока России. Приблизительно в это же время он вступает в белое движение: возглавляет военное и морское духовенство Русской Армии. В ноябре 1920 г. епископ Вениамин вместе с частями Русской Армии и беженцами эмигрировал в Стамбул, где занимался организацией помощи русским эмигрантам. В Константинополе епископ Вениамин вошел в состав Высшего Церковного Управления за границей, а также стал членом образованного при генерале Врангеле Русского совета.

В эмиграции Владыка Вениамин окормляет русские эмигрантские приходы и кадетские военно-образовательные учреждения в Болгарии, Карпатской Руси, периодически уединяется в сербском монастыре Петковица, всецело посвящая себя монашескому деланию. Епископ Вениамин оказался единственным епископом, принявшим указ Патриарха Тихона об упразднении ВЦУ к исполнению, несмотря на то, что в свое время он активно участвовал в подготовке Карловацкого Собора. Наконец, летом 1925 года епископ Вениамин был приглашен митрополитом Евлогием (Георгиевским,+1946) в Париж в качестве инспектора и преподавателя Православного Богословского Института имени преподобного Сергия. В 1926 году Владыка Вениамин попытался вернуться в Россию, но ничего не получилось. На протяжении нескольких лет он ведет уединенную монашескую жизнь в Сербии. 29 ноября 1927 году епископ Вениамин подал заявление о вхождении в клир Московской Патриархии. А осенью 1929 года был отозван митрополитом Евлогием в Париж для возобновления преподавательской деятельности в Свято-Сергиевском институте. Однако, после ухода митрополита Евлогия в юрисдикцию Константинопольского Патриархата, епископ Вениамин сохранил верность Московской Патриархии и покинул Свято-Сергиевский институт. В 1931 году им был основан в Париже приход РПЦ в честь Трех святителей, получивший статус Патриаршего подворья. 19 апреля 1932 года Вениамин был возведен в сан архиепископа. В мае 1933 года владыка Вениамин по указу митрополита Сергия выехал в Америку, где он должен был прочитать цикл лекций о Русской Православной Церкви. Однако уже 22 ноября 1933 года владыка Вениамин был назначен архиепископом Алеутским и Северо-Американским, экзархом Московской Патриархии в Америке. К середине 40-х годов сумел объединить в рамках Экзархата Московской Патриархии в Сев. И Юж. Америке около 50 приходов. 14 июня 1938 г. владыка Вениамин был возведен в сан митрополита. В годы Великой Отечественной войны митрополит Вениамин стал одним из вдохновителей мощного патриотического движения, охватившего все слои русской эмиграции. 2 июля 1941 года на многолюдном митинге в Мэдисон–Сквер-Гарден в Нью-Йорке митрополит Вениамин выступил с обращением к соотечественникам, в котором призывал оказывать посильную помощь Родине в борьбе с фашизмом. Митрополит Вениамин также возглавил работу Медицинского комитета помощи России.

Как видим из краткой биографии Владыки, несмотря на эмиграцию в тяжелый для России период гражданской войны, митрополит Вениамин всегда оставался верным сыном России и Русской православной Церкви, даже в те непростые моменты, когда невозможно было разобраться без вразумления свыше. Я имею в виду те сорок литургий, совершенные Владыкой в 1927 году, которые предварили его решение о сохранении верности Московской патриархии после выхода в свет Декрета митрополита Сергия. Сердце Владыки всегда стремилось в Россию. Наиболее возможным возвращение оказалось именно в послевоенный период.

Переходя непосредственно к теме доклада, мне хотелось бы охарактеризовать те источники, на основании которых производится исследование советского периода служения митрополита Вениамина. Прежде всего, это вышеупомянутые опубликованные сочинения митрополита Вениамина, преимущественно автобиографического характера: «За Православие помилует меня Господь. Дневниковые записи», «Записки епископа», «Записки архиерея» и др. В этих книгах митр. Вениамин пишет о своих встречах со святыми людьми, но в ней также имеются заметки и о его жизни, встречах, беседах с людьми в Советском Союзе. Ценность этих сочинений двоякая: с одной стороны, это ценный биографический источник, с другой – душеполезное чтение.

Еще одна группа источников - это дела, содержащиеся в Фонде Совета по делам РПЦ, относящиеся к отдельным республикам и областям. В них содержатся квартальные отчеты уполномоченных Совета по Латвийской ССР, Ростовской и Саратовской областям, письма Совета Уполномоченному, замечания Совета о работе уполномоченных, копии документов Епархиального Совета, направленных Уполномоченному, копии докладов и проповедей самого Владыки Вениамина и др. В этих документах с особенной яркостью раскрывается вопрос взаимоотношения церковной и государственной власти на местах, также в некоторой степени дается представление о внутренней церковной жизни вышеназванных епархий.

Следующая группа источников – это письма митр. Вениамина к духовной дочери старца Нектария Оптинского, поэту Надежде Александровне Павлович за 1948-1958 годы¹. Письма эти ранее не были исследованы. В них содержится разного рода информация, проливающая свет на обстоятельства жизни и служения Владыки в СССР, его творчества, отчасти эти письма, содержащимися в них духовными наставлениями и увещаниями, дополняют уже ранее изданное литературное наследие митр. Вениамина. В этом же деле содержатся письма келейницы митр. Вениамина монахини Анны (Обуховой) из Псково-Печерского монастыря тому же адресату. Ценность этих писем определяется тем, что Владыка Вениамин с 1958 года до своей смерти уже никому не писал, ввиду тяжелой болезни.

В данном докладе мы коснемся нескольких вопросов: взаимоотношения Владыки с органами государственной власти, его собственное отношение к советской власти, пастырская деятельность Владыки и последние годы жизни в Псковско-Печерском монастыре.

Отношение властей к митрополиту Вениамину изначально было осторожным и крайне негативным. Митрополит Вениамин прибыл в Ригу 20 февраля 1948 года из США. Его служение в Америке с 1933 по 1947 гг. на протяжении всего пребывания на Родине было поводом для подозрения. Люди, желавшие оклеветать Владыку перед властью, приписывали ему продолжающиеся отношения с американскими властями, а его заграничная переписка нередко ставилась ему в вину как шпионаж. Но и без этого у власти было достаточно поводов не любить Митрополита Вениамина. Хотя Владыка приехал в Россию уже 68-летним старцем, его воля и энергия в епархиальных делах не угасали вплоть до его удаления на покой. Такая активность, направленная на расширение и укрепления влияния Русской Православной Церкви на народ, в том числе и на молодежь, связи и поддержка ранее заключенных или пребывающих в ссылке иерархов и верующих, были совершенно не нужны государству. Поэтому и в Совете, и в вышестоящих государственных органах Митр. Вениамин расценивался как опасный церковный деятель, который нуждается в постоянном наблюдении – а для этого его периодически переводят с более отдаленных кафедр на кафедры внутрисоюзные: из Латвийской ССР (1948-1951) в Ростовскую область, из Ростова-на-Дону (1951-1955) в Саратовскую область (1955-1958). Знакомые с личностью митрополита Вениамина по его книгам начинают недоумевать, заслышав о его лояльности советской власти. Вопрос этот не такой простой, как кажется на первый взгляд. Да, действительно, митр. Вениамин нередко призывал свою паству к лояльности сов. власти: он делал это как в Европе и Америке, так и вернувшись в Россию. Но зачем он это делал и как понимал эту лояльность? Во-первых, Владыка сам объясняет эту лояльность как «воздержание в своей церковно-общественной деятельности от всякой политики, от выступлений, враждебных Советскому Союзу»². Владыка Вениамин, как человек, который на протяжении всей своей жизни искал мира сердечного, мира Христова, считает недопустимым для себя недовольство против власти3. Может показаться парадоксальным, но в письме №69 от 17.12.1954г. митр. Вениамин пишет о том, что к советской власти нужно относиться с любовью и послушанием, потому что она от воли Божией существует, она какое-то Его орудие: «Мы здесь – одна семья с нею…»4. Последние слова Владыки свидетельствуют о его неразрывном соотнесении советской власти с русским народом, к которому он питал чрезвычайную любовь и сострадание. При этом нельзя сказать, что факты притеснения Церкви со стороны государства остаются для него совершенно незамеченными: в конце 1954, начале 1955 годов Владыка Вениамин ясно видит меры, предпринимаемые против Церкви и заключает, что «на религию начался открытый поход»5. Меры против Церкви предпринимались не только со стороны властей. Из архивных данных известны отдельные случаи вредительства со стороны рядовых граждан: в 1951 году в митрополичий дом в Ростове-на-Дону ворвались воры и украли документы6, в этом же городе в апреле 1955 года неизвестные вымазали ворота, стены и парадную дверь митрополичьего дома7. Нередко в Епархиальный совет приходили ругательные письма «ревнительниц», недовольных действиями митр. Вениамина, с угрозами расправы8.

Несмотря на все трудности, Митрополит Вениамин не только не падал духом, но наоборот, как истинный воин, продолжал сражаться за выживание Православной Церкви в Советском государстве. Краеугольным камнем его епархиальной деятельности было изыскание кандидатов в священники, приглашение священников из других епархий, повышение уровня образования духовенства. Необходимость решения данного вопроса определялась тем, что в послевоенное время физическое истребление священства и их приходов сменилось крайним администрированием: власти снимали с регистрации все приходы и официально закрывали те храмы, где по какой-то причине не было священника: умер, или был арестован, или просто еще не успели рукоположить нового. Чтобы остановить непрекращающийся процесс закрытия храмов, митр. Вениамин всеми возможными средствами пополнял духовенство епархий новыми кадрами: приглашал священников из Западной Украины, много рукополагал во священники – нередко более 10 священников в год. Заботился Владыка и об образовании и воспитании духовенства. В Латвии и Ростове-на-Дону ему удалось организовать богословско-пастырские курсы. Регулярно имели место собрания благочинных, на которых митр. Вениамин зачитывал доклады, в которых выявлялись злободневные проблемы и недочеты жизни и служения духовенства, которые было необходимо решать и исправлять. Вообще, судя по доступным нам документам, свидетельствующих о Митр. Вениамине как об епархиальном архиерее, он был не очень строг в своих действиях, особенно в адрес провинившихся священнослужителей: или увещевал, или перемещал из городского в сельский приход, или же, в крайнем случае, переводил в другую епархию. Свою довольно мягкую позицию Владыка Вениамин объясняет сам в своем письме Патриарху Алексию, как следование пути милости и любви: «жалеть бедных и немощных грешников, каков и я сам»9. Покаянное чувство и осознание своего недостоинства и многочисленных грехов не позволяли ему со всей строгостью обращаться с теми, кто действительно заслуживал наказания. Кто-то, может быть, скажет, что подобная «слабохарактерность» недопустима для епископа, пастыря пастырей душ человеческих, но в этой милости и самоуничижении заключалась личность Владыки, а он всегда был чрезвычайно искренним. Искренность отличала его во всем, что бы он ни делал. Может быть, поэтому люди ему верили. В то непростое время, когда даже в Церкви, во многом благодаря усилиям властей, имели место распри, клевета и донос, а некоторые архиереи непосредственно сотрудничали с органами госбезопасности, вокруг Митрополита Вениамина мы наблюдаем как будто вневременную атмосферу полного доверия и любви между пастырем и пасомыми. Митрополит Вениамин много пишет о любви, о необходимости возделывать ее в себе и молиться о ней, но при этом замечает, что сам он не стяжал подобной любви. Однако, знакомясь с его сочинениями и письмами, где он повествует о своих многочисленных встречах с людьми, можно с полной уверенностью сказать, что замечание Владыки о недостатке любви свидетельствует только о его самоуничижении, но нисколько не соответствует действительности. Его чуткое сердце откликалось на всякое человеческое горе и печаль. Митрополит Вениамин был действительно прост и доступен для каждого, кто хотел обратиться к нему. Более того, он, Владыка, сам подмечал и радовался о той духовной жизни, которая происходила в сердцах верующих. В одном из писем он рассказывает, как однажды в храме после службы он увидел богомолку, тихо плачущую о своих грехах: «А мне плакать хочется. И жалко, жалко ее… А она хорошая! И вижу, господь приемлет ее… - Красота!»10. Для митрополита Вениамина характерна вера в человека, в тот неуничтожимый образ Божий в человеке, который дан каждому как дар. Может быть, поэтому он пишет целый раздел, который называет «Хорошие люди»: «Под именем хороших людей я разумею не исключительно только святых – их немного – а и борющихся со злом, с грехом… Даже – видящих грех мира, и то добро»11.

И паства отвечала ему такой же преданностью и любовью. Владыка Вениамин копирует в своем дневнике за декабрь 1955 года прощальные письма ростовчан в связи с его переводом на Саратовскую кафедру. В них содержатся следующие строки, характеризующие отношение верующих к Митрополиту: «За 5 лет Вашего пребывания в Ростове в моем сердце накопился большой и дорогой клад», «Мы все скорбим, нас так много, жаждущих не расставаться с Вами никогда», «Вы учили нас о выполнении послушания; а теперь своим личным послушанием показали нам пример безропотного исполнения его. Вы всегда для нас будете примером безропотного несения земного креста»12.

Как видим, Владыке приходило очень много писем от разных людей. Просмотр и ответы на эти письма всегда занимали много времени, но к этому делу Владыка Вениамин всегда относился со вниманием и обязательностью. Многие из этих писем Владыка Вениамин копировал для использования в составлении своих сборников, большинство же из них после ответа сжигал. Следует сказать о литературном творчестве Владыки. Многие из его сочинений, работу над которыми митр. Вениамин начал еще в эмиграции, в 20-е годы, были дополнены и завершены только уже во время его пребывания в Советском Союзе. Здесь Владыка работает над трудом об о. Иоанне Кронштадтском (преимущественно в Латвии), завершает свои Записки о монашестве, в конце 1956 года им было написано сочинение «О вере, неверии и сомнении». С 1952 года вплоть до своей кончины в 1961 году Владыка Вениамин занимается сокращением и переводом на русский язык житий Св. Димитрия Ростовского – это становится его основным литературным трудом, к сожалению, еще не исследованным и не опубликованным. В письмах к Надежде Александровне Павлович Митрополит также упоминает о своей задумке написать книгу о русских писателях под названием «Веруют ли умные люди?». Он свидетельствует о том, что уже написал о Жуковском, Пушкине, Гоголе, Тургеневе, Толстом, Соловьеве, Короленко, Горьком, Щедрине и Блоке13. К сожалению, на данный момент известны лишь записки Митр. Вениамина о Чехове, об остальных писателях его наброски находятся либо в частных руках, либо утеряны в связи с многочисленными переездами Владыки. Будем надеяться на лучшее.

Следует остановиться на последних годах жизни Владыки Вениамина, о которых, как уже было отмечено ранее, мы можем узнать из писем монахини Анны (Обуховой), адресованных Н. А. Павлович. Прежде всего монахиня Анна, хотя и смутно, но уточняет обстоятельства увольнения Владыки Вениамина на покой в Псковско-Печерский монастырь: во-первых, зачитывание указа об увольнении осуществлялось прот. Николаем Колчицким, во-вторых, упоминается о заступничестве патриарха Алексия (значит, было перед кем), и наконец, выезд из Печор Митрополиту Вениамину был запрещен. Таким образом, отъезд из Саратова больше имел характер высылки, чем просто увольнение на покой престарелого архиерея. Материально Владыка и его келейница были обеспечены всем необходимым, хотя коммунальные условия проживания оставляли желать лучшего: новый дом для архиереев-инвалидов был уже построен, но еще не просох, поэтому был совершенно непригоден для жизни: постоянная сырость, теснота. Духовные чада не забывают Владыку: в монастырь приходят продовольственные посылки из Риги, Ростова, Москвы. Владыка редко служит в храме, за исключением двух-трех раз, совсем не произносит проповеди, зато в своей комнате совершает литургию три раза в неделю. Вообще, образ жизни Владыки Вениамина в монастыре больше походит на затворнический: «Говорить [проповеди] не будет. Писать письма не хочет. Никому не пишет». Распорядок дня Владыки: «…встает в 5.30 часов утра, молится и за писание «Житий святых». В 8 часов завтрак. Опять писание. Обед. Отдых – редко посетитель какой – очень редко. Лишь часто наместник приходит»14. Пребывание в Псковско-Печерском монастыре одновременно сопровождалось скорбями для митр. Вениамина на почве конфликта с епископом Псковским Иоанном. Монахиня Анна видит причину этого конфликта в зависти епископа Иоанна популярности Владыки Вениамина. Какие бы ни были действительные обстоятельства этого конфликта, для нас важно отметить как эти скорби понес сам Митрополит Вениамин: «…чтобы понести незаслуженные удары – [Владыка] ушел из мира, и это его спасает»15, послушный воле Патриарха «скорее, - наш Владыка здесь погибнет, но просить перевода не будет»16– Владыка Вениамин со смирением терпит все скорби и никому не жалуется. За последние годы резко ухудшилось здоровье митрополита Вениамина. В октябре 1958 года с ним случился удар, после которого у него частично отнялся дар речи, сильно ослабло зрение – так что он уже не мог читать и писать. Отчасти повредились его сознание и память, хотя периодически они полностью восстанавливались17. Примечательно, что, по свидетельству мон. Анны, «в сознании или без – но он молится со слезами»18. Монахиня Анна была свидетельницей смерти митрополита Вениамина19: «Очень страдал дней пять. Скончался очень тихо. Заснул. Никаких видений ему не было. Без сознания с температурой – 40. Жажда мучила.<…> Не кричал, не стонал, все терпел молча. В комнате не пахло больным…» Митрополит Вениамин отошел ко Господу 4 октября 1961 года.

Можно еще многое сказать о личности Владыки, о его жизни, но в качестве заключения мне хотелось бы привести его собственное свидетельство веры, и в то же время его упование, которое, подобно маяку озаряло его нелегкий жизненный путь и разгоняло сумрак сомнений и печали: «Пусть я недостойный и грешный, но за Православие помилует меня Господь, как и доселе миловал и хранил. Вот задача мне на остальные дни и годы (если Бог даст их) моей жизни. И отрадно это для сердца моего». Осень 1951 года20

 

Примечания

1 - Архив ПСТГУ, Фонд Н. А. Павлович №77, Д. 1.

2 - Раскол или единство?// Церковно-исторический вестник. №4-5, 1999г., с. 21.

3 - ГА РФ, Ф. Р-6991, Д. 404, Л. 56.

4 - ПСТГУ, Ф. 77, Л. 109.

5 - ГА РФ, Ф. Р-6991: Д. 1137, л. 47; Д. 1290, Л. 21.

6 - ПСТГУ, Ф. 77, Л. 78об.

7 - ГАРО, Оп. 4, д.8, л. 18.

8 - ГА РФ, д. 780, Л.45-46.

9 - ПСТГУ, Ф. 77, Л. 97.

10 – ПСТГУ, Ф. 77, письмо №13, Л. 21.

11 - Божии люди: мои духовные встречи. – М.: Терра – книжный клуб; 2002г. С. 334.

12 - Записки епископа. - Спб.: Воскресение; 2002г. С.444, 446.

13 – ПСТГУ, Ф. 77, п. №№160,161, л. 226-228.

14 - ПСТГУ, Ф. 77, п. №199, л. 274.

15 - ПСТГУ, Ф. 77, п. №209, л. 286.

16 - ПСТГУ, Ф. 77, п. №202, л. 278.

17 - ПСТГУ, Ф. 77, п. №198,207, л. 271,284.

18 – Там же.

19 - ПСТГУ, Ф. 77, п. №210, л. 287.

20 – За Православие помилует меня Господь (Дневниковые записи). – Спб: Царское дело; 1998г. С. 76



 
© 2008 | Joomla 1.5 Templates by vonfio.de